Пропустить навигацию.

Эль Греко

Особое место в испанской живописи второй половины 16 — начала 17 в. занимает Эль Греко (Доменико Теотокопули, 1541— 1.614), художник философского мышления и мятежных порывов, разностороннего самобытного дарования, широкой гуманистической образованности. Его творчество, аристократическое, утонченно-интеллектуальное, отличают страстность, пылкая фантазия, доходящая до мистической экзальтации. Трагизм образов Эль Греко, их повышенная выразительность отразили дух современной ему жизни — острый кризис гуманистических идеалов, начавшийся в Европе во второй половине 16 в. Чувство одиночества, душевная неуравновешенность, как и настроение смятенности, безверия и тревоги, не были случайными. Для Эль Греко, человека тонкой душевной организации, окружающий мир был в состоянии крушения. Резкие социальные и идейные сдвиги 16 в., яростная борьба философских и религиозных направлений заставляли подвергнуть сомнению все — даже существование мира. Искусство Эль Греко было психологическим выражением внутренних трагических конфликтов, отражавших разлад личности с обществом.
Эль Греко родился и получил первоначальное образование на острове Крит, в возрасте двадцати пяти лет переехал в Италию. Истоки его живописи многообразны. Это традиции иконописи и мозаичного искусства Византии, со звучными переливами глубоких тонов. Они были восприняты Эль Греко от первых учителей на Крите. Это воздействие венецианских колористов, у которых он научился технике масляной живописи. Это реализм испанского искусства 16 в. с его интересом к духовному самоуглублению; наконец, это — итальянский маньеризм, привлекший Эль Греко лишь внешними художественными приемами. Вычурность, холодная рассудочность и фальшивость чувств художников-маньеристов были чужды Эль Греко, образы которого полны внутреннего горения.
Уже зрелым мастером Эль Греко был приглашен к испанскому двору, но его искусство не нашло здесь признания. Местом творческой деятельности художника стал древний Толедо — город воинствующей веры и монастырей, надменной кастильской знати, враждебной королю. В этой избранной среде образованных людей, писателей, художников, музыкантов, понимавших противоречия современной Эль Греко Испании, драматически-экспрессивное искусство художника было понято и достигло расцвета. Он писал картины преимущественно на религиозные сюжеты, святых, изможденных аскетов в состоянии мистического экстаза. Поиски выразительных средств все более приводили его к субъективизму. Композиции его картин строились на ритмическом соотношении выпуклых угловатых форм, беспокойных волнообразных линий, произвольно смещающихся планов, смелых ракурсов, на контрастах света и тени, вносящих элементы динамики и передающих ощущение взволнованности. Сильно удлиненные фигуры в страстном порыве устремляются вверх. Обычно применяемый низкий горизонт увеличивает их масштабы. Деревья, скалы, небо, облака и одежды кажутся живыми. Их трепетные контуры повторяют неистовый ритм движения человеческих фигур. Весь мир воспринимается как одухотворенная, непрерывно изменяющаяся бушующая стихия, с которой человек не в силах совладать. Сцены освещены фосфоресцирующим холодным светом. Нервный ритм усиливается благодаря длинным и беспокойным мазкам.

Эль Греко — величайший мастер колорита. Он любил пронзительно-светлый голубовато-серо-стальной тон, яркую киноварь, лимонно-желтые, изумрудно-зеленые, синий, бледно-розово-фиолетовые цвета во множестве оттенков, увеличивал силу каждого цветового пятна дополнительными. Однако цвет для Эль Греко не постоянный признак предмета, а выразитель взволнованных чувств. Контрастные холодные и горячие краски словно находятся в состоянии напряженной борьбы. Они насыщены мерцающим светом, как бы излучаемым предметами.

Эль Греко. Погребение графа Оргаса

Самое значительное произведение периода расцвета творчества Эль Греко «Погребение графа Оргаса» (1586—1588, Толедо, церковь Сан-Томе) раскрывает основные черты искусства художника, его размышления о неизбежности смерти, о моральных подвигах, вознаграждаемых в потустороннем мире. В основе сюжета лежит средневековая легенда о толедском графе Оргасе, известном своими добрыми делами. Внизу композиции в сумеречном ночном освещении запечатлена торжественная погребальная церемония. На фоне черных нарядов идальго и серой одежды монаха мерцают золотом парчовые мантии святых, чудесным образом спустившихся с небес, чтобы похоронить Оргаса. Серебристо-желтое пламя факелов освещает белую одежду экстатически воодушевленного священника, заставляет сверкать серебряные латы графа, рождает таинственность атмосферы. Колорит образует торжественно-мрачную траурную гармонию. Самое замечательное в картине — остропсихологические портреты толедцев. Это люди разных возрастов и характеров — воплощение духовной красоты: на их строгих, замкнутых, бледных лицах можно прочесть силу чувств, оттенки настроений, тонкость ума, самоуглубленность, гордость, непреклонность. Вместе с тем все они объединены изумлением перед совершающимся чудом и глубокой скорбью при мысли о неизбежной смерти. Темные силуэты торжественно-неподвижны, скованы, но сдержанные жесты рук выдают затаенную взволнованность. Тема жизни, ее скрытого драматизма дана в сопряжении с темой неба — что характерно для Эль Греко.
Верхняя часть композиции представляет мир призрачных тревожных видений. Здесь все находится в драматическом движении. На небе, озаренном вспышками холодного света, Христос с сонмом святых принимает душу Оргаса. Сияющая тревожным холодным светом и светлыми красками небесная сфера по композиции противоположна сцене погребения с ее напряженной гармонией черного, серого, белого. Удлиненные угловатые фигуры бесплотны и подчинены бурному ритму линий и цветовых пятен. Им же вторят ритмы развевающихся угловатых негнущихся складок одежд и облаков. Вся композиция развертывается в пределах переднего плана, пространство уплотнено фигурами, что усиливает сгущенность эмоциональной атмосферы. Мастерски написаны рефлексы стали на доспехах, жемчуг, узоры белых кружев на черном бархате и другие декоративные детали, которые любили воспроизводить в живописи испанцы.
Свое понимание человеческих характеров Эль Греко выразил в образах апостолов Петра и Павла (1614, Ленинград, Эрмитаж).

Эль Греко. Апостолы Петр и Павел

Здесь противопоставлены разные типы людей. Слева задумчивый Петр с тонкими изможденными чертами. Холодный, переливчатый, золотисто-зеленый колорит, в котором написана его фигура, соответствует настроению печали, неуверенности. Повелительно-властный Павел строг и сдержан, но полон душевного горения. Пылающий цвет темно-красного плаща способствует раскрытию его характера. Жесты рук, образующих композиционный узел, выражают не действие, а внутреннее переживание, диалог, который объединяет обоих апостолов.
Тонкая проницательность художника проявилась в замечательных портретах, зорко схватывающих приметы внешности и особенности духовного облика людей. Круг портретируемых Эль Греко широк — он дает представление о различных типах людей Испании того времени. Художник писал портреты трогательных детей, ученых, утонченных поэтов, писателей, суровых воинов с умными одухотворенными лицами, надменных бледных кардиналов, отрешенных от жизни испанских идальго, людей из народа. Художнику чужда психологическая статика придворных испанских портретов 16 в. с характерной для них чопорностью, отражающей мертвенный, унылый дух испанского двора. По сравнению с портретами венецианских живописцев эпохи Возрождения в образах Эль Греко больше личного, субъективно заостренного, чувствуется взволнованное отношение художника к модели. За внешней оцепенелостью форм и бесстрастием лиц портретируемых ощущаются сжигающий их внутренний огонь, напряженная жизнь. В парадном портрете инквизитора Ниньо де Гевара (1601, Нью-Йорк, Метрополитен-музей) дан исторически достоверный образ страшного судьи. Он внешне сдержан, торжественная неподвижность выпрямившейся фигуры подчеркнута серебристо-золотистым фоном, разделенным по вертикали на две равные части. Внутренняя экспрессия как бы прорывается в движении разлетающихся складок светло-малиновой мантии — с преломляющимися в ней лучами света, с черными тенями; судорожный жест руки, схватывающей ручку кресла, выдает бушующие страсти фанатика. Подозрительный тяжелый взгляд искоса преследует зрителя. Раскрывая напряженный внутренний мир инквизитора, художник дает почувствовать характер мрачной эпохи.

Эль Греко. Поэт О. Парависино

Интеллектуальной и душевной тонкостью, трепетом жизни отмечен романтический образ ученого и поэта-мистика Парависино (1609, Бостон, Музей изящных искусств) с мужественным, но тонким, встревоженным лицом, с мечтательным взглядом; портрет написан стремительным мазком. Эль Греко сумел подметить в его лице и мгновенных движениях едва уловимые мимолетные настроения. Он обнаруживает в образе поэта непосредственность, мятежность духа и внутреннюю свободу. Духовный мир человека, который всегда был в центре внимания Эль Греко, художник раскрыл в становлении, изменчивости, в этом он намного опережал свое время. Ощущение жизни космических сил, во власти которых находится человек, нашло выражение в знаменитом пейзаже «Толедо в грозу» (1610—1614, Нью-Йорк, Метрополитен-музей), исполненном глубокого философского смысла, тревожного мироощущения. Своим творчеством Эль Греко подготовил новый этап в развитии психологических проблем испанской живописи, открыл новый путь решения живописных задач.
Расцвет испанской реалистической школы, развивавшейся в основном в рамках религиозной живописи в борьбе с идеализирующим придвор¬ным направлением, наступил в первой половине 17 в. Главными очагами реализма стали Севилья и Валенсия, в их художественной жизни ярко проявились передовые веяния.